Читайте новое:
- Гигантские головы Ольмеков
- Жизнь после смерти
Нет в мире радости, которой можно заменить радость отнятую. Джордж Байрон
Все публикации Наша галерея Реклама на сайте Наши контакты
Все публикации на сайте
Вселенная и планеты
Загадки человека
Древние цивилизации
Пророки и Астрология
Аномальные явления
Свидетельства НЛО
Необычные существа
Неизвестная история
Окружающий мир
Древние тексты
Файловый архив
Лучшие места под рекламу
Свидетельство НЛО №2: нло скрывается под воду от преследования Свидетельство НЛО №2: нло скрывается под воду от преследования
Второе видео, которое тоже не в самом лучшем качестве.. ...
Жизнь после смерти Жизнь после смерти
Во все времена и во всех культурах люди догадывались о бессмертии души. Эта точка зрения настолько сильна, что успешно сопротивляется и доводам скептиков, и аргументам ученых, доказывающих обратное ...
Главная Философия О достоинстве и приумножении наук глава 177
О достоинстве и приумножении наук глава 177

Однако, для того чтобы, но нашему обыкновению, немного взрыхлить почву вокруг корней этого искусства, примем за основание, что риторика в такой же мере подчинена воображению, как диалектика — интеллекту. Если вдуматься поглубже, то задача и функция риторики состоят прежде всего в том, чтобы указания разума передавать воображению для того, чтобы возбудить желание и волю. Ведь, как известно, руководящая роль разума может быть поколеблена и нарушена тремя способами: либо софистическими хитросплетениями, что относится к области диалектики, либо обманчивой двусмыслицей слов, что уже относится к риторике, либо, наконец, насильственным воздействием страстей, что относится к области этики.

Ведь подобно тому как в отношениях с другими людьми мы можем поддаться хитрости или отступить перед грубостью и насилием, так и во внутренних взаимоотношениях с самим собой мы ошибаемся под влиянием обманчивых доказательств, приходим в беспокойство и волнение в результате постоянного воздействия впечатлений и наблюдений или нас может потрясти и увлечь бурный натиск страстей.

Но человеческая природа отнюдь не устроена настолько неудачно, чтобы все эти искусства и способности лишь мешали деятельности разума и ни в какой мере не содействовали его укреплению и упрочению; наоборот, они в значительно большей степени предназначены именно для этой последней цели.

Ведь целью диалектики является раскрытие формы доказательств, необходимой для защиты интеллекта, а не для обмана его. Точно так же цель этики состоит в том, чтобы так успокоить аффекты, дабы они служили разуму, а не воевали с ним.

Наконец, цель риторики сводится к тому, чтобы заполнить воображение такими образами и представлениями, которые бы помогали деятельности разума, а не подавляли его. Ведь злоупотребления искусством возникают здесь лишь побочным образом, и их нужно избегать, а не пользоваться ими.Поэтому Платон был в высшей степени неправ (хотя причиной этого было вполне заслуженное негодование против риторов его времени), когда он отнес риторику к развлекательным искусствам, говоря, что она подобна поварскому искусству, которое так же много портит полезной пищи, как много вредной делает съедобной благодаря применению всякого рода приправ и специй.

Однако речь оратора не должна отдавать предпочтение желанию приукрасить мерзкие дела, вместо того чтобы превозносить доблестные деяния.

А это происходит повсюду, ибо нет ни одного человека, чьи слова не были бы благороднее его чувств или поступков. Фукидид очень метко заметил, что именно нечто подобное обычно ставили в упрек Клеону, ибо тот, выступая постоянно в защиту несправедливого дела, придавал огромное значение красноречию и изяществу речи, прекрасно понимая, что не всякий может красиво говорить в защиту дела грязного и недостойного; о вещах же достойных любому человеку говорить очень легко23.

Платон весьма тонко заметил (хотя сейчас эти слова стали уже банальностью), что «если бы можно было воочию видеть добродетель, то она возбудила бы в людях неодолимую любовь к себе» 24. Но риторика как раз и рисует нам образ добродетели и блага, делая его почти зрительно ощутимым. Поскольку ни добродетель, ни благо не могут явиться чувственному восприятию в своем телесном обличьи, им не остается ничего другого, как предстать перед воображением в словесном облачении так живо, как это только возможно.

И Цицерон имел полное основание смеяться над обычаем стоиков, считавших возможным с помощью кратких и метких сентенций и заключений возбудить добродетель в человеческой душе, а между тем все это не имеет никакого отношения к воображению и воле25.




Лучшие места под рекламу

Читайте интересные статьи:
Лев Лев
Символ знака, напоминающий львиную гриву, толкуют как путь человека, который сначала поднял себя над другими благодаря своим воле, труду.. ...
Счастье по вторникам Счастье по вторникам
К сожалению, основания для ироничного отношения к прогнозам порой дают сами же астрологи. Вроде тех, что выступают на страницах многочисленных брошюр.. ...
Невидимки Невидимки
Май 1876 года стал страшен для жителей города Нанкин. В городе появились темные силы, которые.. ...
Порфирий Корнеевич Иванов Порфирий Корнеевич Иванов
Автора уникальной методики "ДЕТКА" называют не иначе, как легендарный "русский йог". Его личность всегда вызывала восхищение и споры, недоумение ...
Филиппинские хилеры Филиппинские хилеры
Много слухов и сказок существует о филиппинских хилерах. Где здесь, правда, а где ложь ...
Артефакты Ольмеков Артефакты Ольмеков
Фото различных древних артефактов, принадлежавшим очень давно цивилизации Ольмеков ...

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru
По всем вопросам обращайтесь сюда 2009-2014 ©