Читайте новое:
- Гигантские головы Ольмеков
- Жизнь после смерти
Люди, которые, не имея своего ума, умеют ценить чужой, часто поступают умнее умных, лишенных этого уменья. В.Ключевский
Все публикации Наша галерея Реклама на сайте Наши контакты
Все публикации на сайте
Вселенная и планеты
Загадки человека
Древние цивилизации
Пророки и Астрология
Аномальные явления
Свидетельства НЛО
Необычные существа
Неизвестная история
Окружающий мир
Древние тексты
Файловый архив
Лучшие места под рекламу
Гигантские головы Ольмеков Гигантские головы Ольмеков
Если мы отмотаем время на три тысячелетия назад и перенесемся на берег Мексиканского залива, то станем свидетелями зарождения ...
Страшная темнота Страшная темнота
Эта страшная темнота, абсолютный мрак в котором нельзя различить ни один силуэт и услышать какой-нибудь звук или шум. Один из самых загадочных паранормальных феноменов ...
Главная Философия О происхождении нравственного познания гл37
О происхождении нравственного познания гл37

Кроме этого первого возражения, основанного на простом непонимании намерения, Иринг выдвинул несколько других, вызванных, в сущности, несовершенством нашего словоупотребления. Если суть правового порядка состоит в том, что деятельности отдельной воли указываются определенные границы, чтобы никто не мешал другим в их движении к благу, и Конт имел право сказать: «Живыми все больше и больше властвуют мертвые».

И таким же образом создается положение, когда решение многих вопросов естественным путем откладывается на будущее, а значит, от власти отказываются в пользу воли, которой суждено властвовать в будущем. Это соображение, допустим, разрешает кой-какие парадоксы, с которыми носится Иринг (стр. 320-325); однако не все. За неизлечимо, с рождения, душевнобольными, очевидно, нельзя признать никакой волевой способности, которой могла бы выделить особую сферу забота о высшем практическом благе; следовательно, по нашим представлениям, для него не существует, собственно говоря, какой бы то ни было правовой сферы; и все же отовсюду слышатся голоса о его праве на жизнь; и в некоторых случаях мы даже называем его обладателем крупного состояния, а то и признаем за ним право на престол и королевскую власть.

Если подвергнуть эти обстоятельства тщательному анализу, выяснится, что, хотя ни в одном из этих случаев речь не идет о подлинной правовой сфере невменяемого субъекта, но налицо правовые сферы других, например, отца, который, заботясь о слабоумном ребенке, объявляет свою последнюю волю относительно своего состояния, и суверенитет воли которого охраняется законами государства и после его смерти; или же - например, в случае, когда не дозволено посягать на жизнь душевнобольного, - не говоря уже о неизбежном тогда нарушении элементарного долга любви - правовая сфера самого государства, которое никому не позволяет покушаться на чью бы то ни было жизнь; мало того, иногда оно карает даже за попытку самоубийства.

Третье возражение Принта, а именно, что при разграничении прав по сферам воли законную силу должны были бы иметь даже самые бессмысленные волевые решения (стр.

325), в свете всего вышесказанного теперь вряд ли способно смутить кого бы то ни было.

Разумеется, и с сумасбродным волевым решением придется иногда примириться. Если бы государство не пожелало терпеть его, то, значит, оно одно обладало бы окончательным распорядительным правом, и нам пришлось бы распроститься со всякой мыслью о приватных правах.

А пока от глупости не гарантированы не только подданные, но и правительства, такое всеогосударствление должно представляться нецелесообразным. А то, что подобно тому, как вообще вторичные этические определения допускают исключения, и, в частности, нередко оказывается необходимой экспроприация частных собственников, - и бессмысленные распоряжения и распоряжения, очевидным образом утратившие всякий смысл и отношение к высшему практическому благу, могут иногда аннулироваться государством, - это ясно и не вызывает возражений.

Решающим аргументом является, как здесь, так и при всякой другой коллизии обязанностей забота о высшем практическом благе. [44] Сам по себе противоестественный, дурной закон, сколь яростное не вызывал бы он осуждение с этической точки зрения и сколь настоятельно необходимым не представлялось бы его изменение, получает, однако, от разума во многих случаях временную санкцию, - это давно известно и объяснялось, к примеру, Бентамом в «Trait?

s de L?gislation...». В древности за это убеждение погиб Сократ, считавший себя достойным обеда в пританее.

Несмотря на все свои недостатки, положительное законодательство создает такое положение дел, которое лучше анархии, а поскольку всякое неповиновение закону угрожает умалить его силу в целом, то в созданных самим законом обстоятельствах для индивида, даже с точки зрения разума, будет представляться правильным то, что само по себе он ни коим образом не мог бы приветствовать. Все это - закономерное следствие относительности вторичных этических правил, о которых речь пойдет ниже.

Добавлю, что недостатки в законах положительной нравственности (к которым вскоре я перейду в докладе) часто требуют такой же осмотрительности.Но с другой стороны, нельзя забывать, что и здесь имеются свои границы и что не следует пренебрегать принципом, великим в своей возвышенности и независимости; «Богу должно повиноваться более, нежели людям».




Лучшие места под рекламу

Читайте интересные статьи:
Codex Gigas или Библия Дьявола (Оригинал) Codex Gigas или Библия Дьявола (Оригинал)
По легенде монах, чтобы написать книгу за одну ночь, заключил сделку с дьяволом в обмен на свою душу и изображение дьявола на одной из страниц книги (на 290 стр) ...
Легендарный Вавилон Легендарный Вавилон
Довольно долгое время ученые считали предание о Вавилонской башне лишь символической легендой о человеческой заносчивости ...
Ольмеки - неизвестная цивилизация Ольмеки - неизвестная цивилизация
Около трех тысячелетий назад на берегу залива возникла индейкая культура, получившая название ольмекской. Назвали их так по имени ольмеков ...
Висячие сады Семирамиды Висячие сады Семирамиды
Мы продолжаем рассказ о великих творениях человеческого гения, чудесах света. Фалона Византийский был первый человек, который классифицировал и описал чудеса света ...
Манускрипт Войнича (Оригинал) Манускрипт Войнича (Оригинал)
Манускрипт Войнича - это очень старая книга, написанная более 400 лет назад ...
Хрустальные черепа древности Хрустальные черепа древности
Эта история о том, как перед научным миром уже почти сто лет лежит находка, и которую наука пытается безуспешно опровергнуть ...

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru
По всем вопросам обращайтесь сюда 2009-2014 ©